«Я знала, что мой сын употреблял наркотики…»: в смерти своего 40-летнего сына Евгения Тищенко, подозреваемого, якобы, в продаже наркотиков, мать обвиняет правоохранителей

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Глядя на фотографию этого мужчины с доброжелательным выражением лица, обрамленную черной траурной лентой, трудно поверить, что он был наркоманом. Еще труднее поверить, когда узнаешь, чей он сын. Его мама Александра Борисовна – педагог с 50-летним учительским стажем, всю свою жизнь она посвятила воспитательной работе в школе, многих трудных подростков спасла от специнтерната, от тюрьмы. Но своего родного сына уберечь не смогла…

«В тюрьмах сидят те, у кого просто нет денег…»

– С детства Женя вел очень активный образ жизни, – рассказывает пришедшая в редакцию пенсионерка Александра Борисовна Тищенко, – еще в школе начал заниматься спортом – баскетболом, усиленно тренировался, ездил на соревнования, у него было много друзей. Затем учеба в ПТУ. За суматохой я не уследила, когда сын впервые употребил наркотики, а когда узнала, было уже поздно, без них уже не мог жить. По глупости дважды попадал за решетку. Здоровье свое полностью угробил: его мучили страшные головные боли, был целый букет серьезных заболеваний. Вместе с тем, Женя никогда не был агрессивным человеком, всегда приходил на помощь нуждающимся, никого не предавал. Да, я знала, что он употреблял наркотики, но никогда не торговал ими, однако доказать это, тем более наркоману, поверьте, практически невозможно.

Бывший педагог также рассказала, что она общалась со многими родителями, дети которых также попали в подобную ситуацию, и сделала вывод, что схема работы по «борьбе с наркоманией» в полиции одна и та же: подбрасывают меченые деньги и наркотики, либо подсылают «продажного» наркомана, который, чтобы получить дозу от заказчиков, идет на сделку – умоляет «жертву» поделиться наркотиками и расплачивается полицейскими купюрами. Так было и с моим сыном.

– Самое обидное, – продолжает моя собеседница, – что не трогают настоящих продавцов этого губительного зелья, видимо, потому, что сами их «крышуют», собирая дань. Мой сын никогда не варил, не торговал наркотой, его беда – болезнь.

– Почему рядом с ним на скамью подсудимых не сели цыгане, которые в открытую торгуют зельем? – задается вопросом Александра Борисовна. – Они без стеснения говорят, что их «крышует» полиция – Ивановы, Петровы, Сидоровы. Эти Розы и Риты, по сути, убивают молодежь, и что самое страшное, никому до этого нет дела.

Думаете, я не боролась за сына раньше? К сожалению, на крик родителей никто не обращал внимания, кому-то было выгодно, чтобы молодежь вымирала. Посмотрите на наши кладбища: одна молодежь смотрит с надгробий, страшно становится. Если бы настоящих продавцов наркотиков наказывали по всей строгости закона, но, увы, они находят с правоохранителями «общий язык» и продолжают свой губительный бизнес. Сейчас они уже переквалифицировались в невидимых посредников-закладчиков, которые оставляют наркоту в определенном месте, и сообщают координаты «потребителю». Согласитесь, ведь в тюрьмах сидят те, у кого просто нет денег, чтобы откупиться у правосудия.

В СИЗО – с третьей попытки

Как рассказала Александра Борисовна, в тот злополучный день, 10 мая, Евгений Тищенко был на работе – он дежурил на стройке. По словам сотрудников, к нему у них не было никаких претензий, он был ответственным работником, свою работу выполнял добросовестно.

Пришедший к Евгению в тот день знакомый наркоман слезно умолял его поделиться «дозой», сетуя на то, что, мол, «точка» временно закрыта. Евгений, по доброте душевной, отдал ему свой наркотик, получив взамен истраченные на него деньги. Как только он взял в руки денежные купюры, как оказалось, помеченные полицией, в комнату зашли сотрудники городского отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков и Евгения задержали, инкриминируя ему торговлю наркотиками. Обыск в квартире, где он проживал со своей мамой, правоохранители провели с особой тщательностью, однако наркотиков не нашли. Тем не менее, подозреваемого увезли в «кутузку» и поместили в изолятор временного содержания.

– Дело в том, что Женя без медицинской помощи жить уже не мог, – объясняет Александра Борисовна, – я, как могла, поддерживала его медикаментозно. Он даже стеснялся признаться мне, как ему плохо.

Когда его «закрыли», он звонил мне по телефону и говорил, что у него начались невыносимые головные боли. Через 10 дней его перевели в СИЗО, хотя и туда, как мне стало известно, его отказывались брать, видя тяжелое состояние здоровья.

Как рассказала журналисту «РП» медик СИЗО, да, действительно, трижды полиция привозила к ним задержанного Евгения Тищенко, и они, обследовав его, отказывались помещать в следственный изолятор, приняли лишь после проведенных консультаций с областными лечебными учреждениями: онкодиспансером, противотуберкулезным диспансером и центром профилактики и лечения ВИЧ/СПИДа. Они дали заключение, что подозреваемый Евгений Тищенко может находиться в СИЗО до суда.

Просматривая справки, выданные областными специалистами о состоянии здоровья Тищенко, где четко записано, что Евгений Тищенко – тяжело больной человек, и чтобы определить тяжесть его состояния, необходимо пройти дополнительные обследования. Так, врач тубдиспансера пишет, что больному рекомендовано выполнить биопсию лимфоузлов, а врач онкодиспансера эту рекомендацию по непонятным причинам отменяет, констатируя, что у больного нет онкологии. Инфекционист центра профилактики и лечения ВИЧ/СПИДатакже подтверждает наличие у больного ВИЧ‑инфекции и направляет его к фтизиатру для подтверждения туберкулеза. Как ни странно, но в СИЗО посчитали все эти рекомендации специалистов своеобразным «разрешением», чтобы поместить Евгения Тищенко в общую камеру, в которой на то время находилось 16 человек. При 40-градусной жаре.

Умер, не дождавшись приговора

Чуть позже, уже после смерти Евгения сокамерники расскажут матери о тех невыносимых физических муках, которые пришлось вынести ее сыну. Он просил о помощи, истерически кричал, пытался сильно стучать в двери, но никто на это не обращал внимания.

Как записано в истории болезни, 28 июня состояние Евгения ухудшилось, и его увезли в городскую больницу, там врачи порекомендовали отправить больного в тубдиспансер, где он и скончался на следующий день. В последнем диагнозе было записано: отек легких и мозга, легочно-сердечная недостаточность. Умер Евгений Тищенко, так и не дождавшись приговора: прошло два судебных заседания, и судья так и не решился вынести решение – не было свидетелей…

– Я дважды писала заявление на имя начальника СИЗО, чтобы сыну разрешили до суда находиться дома, ведь он очень больной человек, не агрессивен, а значит и не опасен для общества, – вытирая слезы, рассказывает Александра Борисовна. – Поймите, я сына не защищаю, он виноват, но только передо мной и перед собой – сгубил свое здоровье. Настораживает другое, мой сын стал жертвой циничного правосудия – он умирал в СИЗО, но никто ему не оказывал медицинскую помощь. Почему мы стали такими черствыми и равнодушными? Давайте не будем забывать о том, что есть еще Суд Божий, от него не удавалось уйти еще ни одному земному человеку. Я никогда никому не желала зла, но теперь я хотела бы, чтобы те, кто виновен в смерти моего сына, пережили то, что я сейчас переживаю.

Посмертное решение суда: не виновен…

После похорон Евгения прошло уже больше года. Однако мать до сих пор не может смириться с несправедливостью. Она не оправдывает сына: да, он споткнулся в жизни, начав принимать наркотики, но почему полиция не борется с теми, кто действительно продает наркотики, ведь именно они опасны для общества.

Убитая горем Александра Борисовна показала письма, которые она направила и в Генеральную прокуратуру, и в Офис Президента Украины, и к Уполномоченной по правам человека Людмиле Денисовой. К сожалению, все ее обращения отправлялись на местный уровень, к тем же правоохранителям, на которых пожилая женщина жаловалась. Что характерно, в ответе от Людмилы Денисовой перед матерью, потерявшей сына, толерантно извинились, посочувствовали, местные же правоохранители не посчитали нужным даже это сделать.

Когда этот материал готовился к печати, Александра Борисовна принесла в редакцию письмо, которое она получила от правоохранителей, где сообщалось: «зважаючи на те, що судове слідство у справі проведено не в повному обсязі, Тищенко Є.П. постановою суду ВИННИМ НЕ ВИЗНАВАВСЯ. … Перевірити Ваші доводи в частині незаконних, на Вашу думку, дій співробітників поліції під час притягнення до кримінальної відповідальності Вашого сина Тищенко Є.П. не є можливим у зв’язку зі смертю останнього…».

Комментарии здесь, согласитесь, излишни.

Татьяна ФАБРИКОВА


  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Оставить комментарий

Your email address will not be published.